“Боги - не люди, но они не слишком отличаются от нас. Прояви к ним интерес, и они, вероятно, проявят интерес к тебе. Он может возникнуть в виде ощущения присутствия чего-то великого, неожиданной мысли, пришедшей в голову, туманной ситуации, которая вдруг становится предельно ясной или знамения, поданного природой”.

…Современное научное определение религии было дано в 1871 году сэром Эдвардом Тайлором. Он предположил, что основой любого культа является вера в реальность духовных существ и потребность людей в установлении с ними взаимоотношений.
С тех пор это определение неоднократно подвергалось сомнению. Но даже самые ярые рационалисты, скептически относящиеся ко всему, что нельзя “научно” проверить и объяснить, признают - и в таких религиях, как фашизм и коммунизм присутствовал некий “дух”. Факельные шествия, баварские октоберфесты, красные знамена, марши, демонстрации, форменная одежда “жрецов”, песни, кинофильмы стихи и лозунги…
Все это затягивало в водоворот режимов не только слабые умы и сердца.

Свой дух есть у капитализма. Маркс про него говорил: “Капитал - это мертвый труд, который, подобно вампиру, высасывает живой”. И у технического “прогресса” с машинно обученным переменным током, провозглашенным “ии”. Этот дух зловещ, монотонен и скучен. В нем нет ни отражения событий (к примеру, всенародных побед или поражений) ни проявлений чувств (хоть той же гордости или ярости). Есть лишь отпечаток ущербности, заложенной в алгоритм группкой “it специалистов”, которые чувствуют себя неполноценными в нашей реальности, предпочитая ее имитацию.
А всеобщая религиозная вера в “экономический рост” довела окружающую среду практически до полного уничтожения.
Ведь то, что церковь называла “падшим миром”, сегодня интерпретируется как инертный материальный.
В XVIII веке Фридрих Шиллер называл тотальный процесс рационализации и материализации “обезличиванием”мира.
В XX-м Макс Вебер - “расколдовыванием”.

И тогда же сэр Джеймс Фрейзер сформулировал определение магии - как ритуала, предназначенного для подчинения духовных сил человеку. Именно этот принцип отличает ее от религии, в которой “сотрудничество” с духовными существами невозможно. Их можно лишь молить и хвалить.

Парадокс, но несмотря на почти две тысячи лет гонений на ведьм и колдунов, практическая магия существовала “официально” вплоть до XVIII-го века.
Лишь потом она стала классифицироваться как “суеверие” - вместе с астрологией, алхимией и верой в демонов.
С одной стороны, это можно расценивать как “гуманизм”. Ведь после отмены законов “против колдовства” людей перестали пытать и сжигать.
С другой - вера в магию стала считаться "одним из самых пагубных заблуждений, когда-либо терзавших человечество.”
Поэтому все ее проявления стали расцениваться как мошенничество, а не как эффективная практика.

- “Мы настроены откровенно враждебно в отношении незримых произвольных сил, - пишет Карл Юнг. - Ведь только совсем недавно мы воздвигли остов, достойный нашего рационального сознания. Нас окружает космос, подчиняющийся разумным законам. Если еще не все причины всех явлений нам известны, то они, несомненно, будут открыты и будут соответствовать нашим разумным ожиданиям. Такова не подвергаемая сомнению надежда. Нам противны не поддающиеся расчету случайности и мир ничем не ограниченных произвольных сил, с которыми не так давно люди постоянно имели дело. “Это нехорошее место”, “сегодня - неблагоприятный день” или знамения, которые становились причиной немедленной отмены запланированных мероприятий… Кто знает, скольких опасностей люди избегали благодаря таким предупреждениям?”.

Сегодня считается, что “магия - это наука джунглей”.
В язычестве же она являлась одним из главных ритуалов. Таким способом люди достигали практических результатов средствами из другого - невидимого - мира.
С этой точки зрения язычество - не религия, хоть жрецы и в античности также пугали людей “карами богов”.
Эта вера не навязана извне и относится не столько к тому или иному маленькому (или великому божеству). Она идет изнутри - как поклонение самой “заколдованной” реальности.
Где помимо Высшего божества существуют не менее божественные сущности более “низкого порядка”. 
К ним-то люди и обращались за помощью для решения своих конкретных проблем.
Ставили блюдечко с молоком для домового. При строительстве корабля первый гвоздь вбивали только через подкову. Уже готовый перед первым плаванием окропляли вином. Ведь “судно, не познавшее вкус вина, познает вкус крови”.
Новобрачные смазывали дверные косяки своих новых домов волчьим жиром, чтобы в них не было голода, младенцам дарили освященные амулеты - для защиты от зла.
Солдаты накладывали на врагов магические “боевые оковы”, чтобы их парализовать. Гоголевский Фома пару ночей спасался от нечисти в нарисованном мелом круге. А в рукописях всех народов записаны заклинания, приносящие исцеление и плодородие.
Ведь оба мира - реальный и мир духов - находятся в постоянном взаимодействии.

Зависимость от могущественных сверхчеловеческих существ - в том числе, стихий и собственных чувств - была главным условием существования на протяжении всей истории.
Поэтому представители абсолютно всех “языческих” культур испытывали чувство благоговения перед Вселенной.
Эта вера, скорее, философия, способ психологически переосмыслить материальность, телесность и природу, придав им божественное значение.
Гора, озеро, источник или другой “дух места”почитались так же, как мифические божества. Язычники и саму Землю считали священной - в Древней Греции ей всегда доставался первый глоток вина.

Кстати, развитие науки началось со стремления греков и вавилонян понять скрытые закономерности природы.  Одним из следствий их размышлений, стала вера в Высший божественный принцип, как источник всего сущего.
… В XIX веке поэты писали:“Язычество в моей крови, инстинкт во мне, что жаждет возвратиться к поклонению природе”.
Действительно, язычество - это романтика. Оно стремится охватить своей верой океан и атмосферу, день и ночь, Солнце и Луну. Оно признает не абстракции - некоего бога где-то “там” (на небесах или в компьютере) а только то, что человек способен видеть и слышать, осязать и чувствовать. 

  - “Язычество предлагает динамичные взаимоотношения между миром природы, человеком и сверхъестественным. - утверждает Майкл Йорк в книге “Языческая теология”. - Здесь нет полного подчинения божеству как в исламе, нет и библейского потребительского отношения к природе. Божество не отделяется от человека непроходимой стеной: люди и боги на равных взаимодействуют друг с другом и с природой”. 

“Христианская мифология олицетворяет смерть в виде скелета. Язычники делали это в образе бледной, но красивой женщины, - пишет Рональд Хаттон в книге “Триумф Луны - история современного языческого колдовства”. - Или в виде бабочки, выбравшийся из своей куколки. Это олицетворение смерти - и сразу же следующей за ней жизни - душа, освобожденная из тела и порхающая на просторе небес… Даже самые абсурдные части греческой мифологии менее болезненно абсурдны, чем любые другие – потому они бывают не только мрачными, но и радостными. Мы предпочли бы поклоняться Божеству, которое влюблено в прекрасных созданий, созданных им самим, чем тому, что предало бы уничтожению девятьсот из тысячи только за то, что в него не верят”.

Почему же тогда общественное мнение до сих пор уверено в том, что язычники поклоняются идолам, приносят кровавые жертвы, они дикие и невежественные?
Только потому, что такой подход укоренился в христианстве, был разбросан по всему Ветхому Завету и тысячи лет многократно повторялся церковью.

  Это ярлык, который христиане навешивали на “неверных”. При этом христианство трактовалось как рациональное, “язычество” - как чувственное. Первое регулировалось догмами священного писания, второе - интуицией и обрядами. Считалось, что христиане связанны с вечным потусторонним миром, а язычники - целиком погружены в порочную природу.
Именно этот религиозный принцип стал идейной основой научной и промышленной революций, которые обещали обеспечить людей технологическими средствами для окончательного установления господства над природой.
Более “мягкий” вариант оценки язычества гласит, что латинское слово “paganus” произошло от “деревенский”. То есть, он указывает на людей, поклоняющихся устаревшим божествам в вересковых пустошах и других диких местах.
Впрочем, пока не удалось обнаружить никакой наиболее вероятной этимологии слова “язычник”.
Одни уверяют, что термин был придуман готами, которые первыми подверглись массовому и принудительному обращению в христианство.
Другие утверждают, что его использовали еще в Древнем Риме для обозначения гражданских лиц, не придерживающих христианство.
Но этот вопрос, вероятно, так и останется загадкой.

Сегодня это понятие означает лишь определенный набор стереотипных ассоциаций - обряды в честь Диониса, мистерии в часть Орфея или паломничество в Стоунхендж.
Эти шаблоны не только полностью заслонили мистический смысл языческих практик, но стали причиной утраты связи человека с божественностью природы.

Впрочем, к язычеству не раз пытались вернуться. К примеру, римский император Юлиан (которого христианская церковь называет отступником) попытался остановить рост христианства и вновь начать почитать старых знакомых богов. Он приказал открыть языческие храмы, вернул из изгнания жрецов, дал им деньги и землю. Он запретил христианам преподавать риторику в школах. Ведь если они не верят в античных богов, то как они могут преподавать греческую и римскую литературу? Он понял, что привлекательности новой церкви содействует ее забота о бедных - по крайней мере, на словах - и попытался ввести ту же идею в язычество.
Неизвестно, что бы у него получилось, но в бою с персами он был убит. А “еретики” окончательно были загнаны в подполье.

Основатель антропологии Эдвард Тайлор писал:
“Вера в колдовство неизбежно снова выйдет на первый план в цивилизованном мире. И всякий, кто воображает, что после исчезновения оно обязательно пропало навсегда, должно быть, плохо знает историю”. В этом отношении он стал одним из самых точных пророков.

Взять, к примеру, научный прогресс. Его возвеличивание, начавшееся двести лет назад, привело к “официальной” религии о том, что именно наука и техника построят рай на Земле.
Что обещают нанотехнологии, генная инженерия, робототехника и прочие “достижения”? Еще больше “волшебства”.
Но ничего не получилось. Для масс доступной стала лишь малопонятная научная терминология. Она-то и используется для абсолютно неправильных “объяснения” верований древних.
К примеру, у язычников “апокалипсис” был цикличным концом старого мира и рождения нового. Библия не так милосердна - Бог погубит “мир неправедных людей”, как он сделал это во времена Потопа.
В технический же век неизбежность апокалипсиса связывается с ядерной войной, глобальным потеплением или работой Большого адронного коллайдера. Без никакого “потом”.

Сегодня все древние верования с их мифами объявляются невежеством и примитивным мышлением тогдашних людей.
Какие там духи рек и ручьев? Это же просто Н2О - молекула, состоящая их двух атомов водорода и одной кислорода.
Или “Древо познания добра и зла”? Это всего лишь совокупность растительных тканей, находящихся в анатомических элементах. Вся его ценность - в пригодности к обработке пиломатериалами.
Звезды, которые мы видим на небе, давным-давно погасли, просто их бывший свет дошел до нас через миллионы лет.
Ну и так далее. В общем, “чего не хватишься ничего нет”.

В реальности же языческая вера никуда не делась. Мы просто не отдаем себе отчета в том, что она пронизывает всю нашу жизнь. Угрозы техногенных катастроф, страх человека перед системой, тревога и неуверенность даже в завтрашнем дне, заставляют обращаться к испытанному средству - к надежде на помощь сверхъестественного и объяснение абсурдности мира происками вселенского зла. Просто демонов и духов заменили рептилоиды, иллюминаты и инопланетяне, прячущиеся среди людей.
В современной жизни слишком много факторов, на которые мы не состоянии повлиять. И нам - как и нашим далеким предками, остается надеяться лишь на чудо, помощь невидимых сил и эффективность магических ритуалов.

…Религиозный феномен, идентифицирующий себя как “новое язычество” - “neo-pagan” - появился сто лет назад. Его основная идея - когда-то наша реальность была наполнена смыслом, где каждый камень и ручей, дерево и животное были священными.
Теперь же жизнь утратила ту значимость, которую можно чувствовать, но нельзя познать через науку или церковные догмы.
И эта реальность - без тайн и волшебства - лишена очарования.

Приверженцы “neo-pagan” утверждают, что монотеистические церкви безнадежно испортили древние знания, и теперь их нужно восстановить.
По их представлениям, когда-то существовала единая великая мировая духовная система, и все основные религии, исповедуемые цивилизованным человечеством в исторические времена, содержали ее следы.
Что автоматически отрицает притязания монотеизма на какие-либо особые отношения с божеством или моральное превосходство.

…Когда рациональное мышление заполняет сознание, люди пытаются найти объяснения нелогичным событиям. Такие объяснения предоставляют религии, где боги и фантастические существа выносятся за пределы естественного мира. Сверхъестественный мир живет по другим законам, но может повлиять на реальность.
В языческом же сознании нет ничего сверхъестественного.
В лесах обитают волки, лисы, лешие и сатиры. Все они - обычные существа. Боги и духи встречаются реже, но и они не сверхъестественны.
Поэтому и древняя, и современная магия основаны на том, что все в мире взаимосвязано, и эти связи можно использовать.

А экстремальность сегодняшнего момента требует от нас нового осмысления действительности.
Люди все больше начинают понимать - дальнейшее существование невозможно без опоры на опыт всей многотысячелетней истории человечества. 

Ведь несмотря на наше эфемерное господство над окружающей средой, мы по-прежнему ничего из себя не представляем по сравнению со всеобъемлющей природой.
Такова реальность, данная нам в ощущениях.
Именно поэтому природа заслуживает некоторой доли наших благочестивых молитв.