Где физически находится разум? Если в головном мозге, то как именно вырабатываются мысли? Эти вопросы - сегодня главные не только для ученых. От ответа зависит практически все. Ведь когда все сводится к электрохимической активности нейронов головного мозга, то сущность любого организма можно объяснить вычислительными методами. А вдруг это совсем не так? Как тогда просчитать нечто физиологически неуловимое, что движет всю нашу жизнь?

- “Нам внушают, что можно строго научным путем объяснить чудо человеческого существования. - пишет Феликс Хаслер в книге “Нейромифология. Что мы действительно знаем о мозге и чего мы не знаем о нем”. - Нейронауки захватили те области, которые раньше были прерогативой религии и философии. Но визуализационные изображения - это даже не фотографии низкого разрешения, а результат длинного ряда технической цепочки - от обработки данных со сканера до статистических расчетов. МРТ вовсе не передает то, что существует на самом деле, как рентгеновские снимки. В реальности представление, что мы - “это наш мозг”, является не научным фактом, а хорошо проплаченным “общественным мнением”.
То, что “вспышки активности” происходят в мозге в определенный момент, не дает никакого объяснения. Они лишь очень косвенно измеряют, где среди множества сотен тысяч нейронов есть чуть больше спроса на энергию”.

Общепринятая модель происхождения наших мыслей и чувств давно полностью сдвинулась в сторону биологии.
Но когда результаты “научных” экспериментов не могут быть перенесены с одной группы на вторую или с одного измерительного прибора на другой, это значит, что они точно не научны.
Тем более, что в итоге все ограничивается пространными объяснениями. Которые основаны вовсе не на достоверных фактах, а на “неоспоримых” догмах и бесконечном повторении невыполнимых обещаний. 

Наше сегодняшнее понимание протекающих в мозге крайне процессов крайне ограничено. А клинические испытания входят в столкновение с бизнес-интересами.
Поэтому значительное количество научных статей на эту тему даже не написаны указанными в них авторами. Их создали анонимные источники по заказу фармацевтических компаний.
Происходит это примерно так: финансируемые фармкомпаниями ученые под руководством заказчика проводят исследования препарата в университете.
И поскольку полученные данные принадлежат заказчику, после завершения исследования они поступают в фармацевтическую компанию. Затем отдел маркетинга поручает внешней фирме, специализирующейся на написании научных текстов, составить материал на основе предоставленных данных. После этого ученым, первоначально проводившим исследование (часто даже не знавшим его результатов), предлагается под своим именем опубликовать статью в авторитетном медицинском журнале.

“Нейроэнтузиазм” полностью захватил не только науку. Заголовки “экспертных журналов” пропагандируют: “Ведущие ученые сошлись во мнении: свободная воля – это иллюзия”. Познавательные полки книжных магазинов выглядят примерно так: “Нейролидерство: результаты изучения мозга для управления сотрудниками”, “Счастливый мозг” или “Мозг Будды – прикладная нейронаука счастья, любви и мудрости”.

Сегодня вряд ли существует какая-нибудь исследовательская дисциплина, которую не пытаются модернизировать с помощью приставки “нейро” и облагородить ореолом мнимой экспериментальной доказуемости. Нейросоциология, нейротеология, нейроэтика, нейроэкономика, нейромаркетинг, нейроюриспруденция, нейрокриминология, нейрофинансовые науки, нейроантропология… это далеко не полный перечень того, что настойчиво продвигается и очень хорошо финансируется.
Даже психология - наука о душе - также трансформировалась в нейронауку и теперь изучает, как мозг контролирует мысли, ощущения и поведение.

Впрочем, основание для подобной идеологии заложено отнюдь не сейчас. К примеру, еще в XIX-м веке итальянский физиолог изучал перепады артериального давления в мозговых артериях. Через микроотверстия в черепе пациентов он наблюдал пульсацию кровеносных сосудов головного мозга. У одного из них он и обнаружил усиление пульсации в во время звона церковных колоколов. Когда он спросил: в чем причина? Пациент ответил, что наверное, звон колоколов означает, что пора молиться. Из чего физиолог сделал вывод - именно воспоминание о молитве и вызывает изменения в кровотоке мозга.
Абсолютно такое же соотнесение изменений кровотока с умственными процессами является основным принципом и сегодня.

Впрочем, нейропропагандисты опираются на действительно научные источники. Статья Вильгельма Рентгена “О новом виде лучей” произвела революцию в первую очередь в медицине. Ведь рентгеновский снимки доказали - внутрь тела можно заглянуть снаружи, не делая разрезов.
А почти сто лет спустя физик Джон Маллард сканировал тело человека по принципу ядерно-магнитного резонанса. Это оказалось так завлекательно, что магнитно-резонансная томография получила всемирное распространение. (Убрав, конечно, слово “ядерная”).

Репутация технологического прогресса вдохновила “ведущие” клиники предлагать сканирование всего тела вполне здоровым (и платежеспособным!) клиентам - якобы для обнаружения ранних стадий заболевания.
МРТ - или нейровизуализация - провозглашается важным показателем качества медицинского обслуживания того или иного учреждения, да и в целом развития страны.

Впрочем, “новые учения о мозге” вышли за пределы естественных наук еще тридцать лет назад.
Возможно, триггером стал призыв американского биолога Фрэнсиса Шмитта сделать качественный рывок в исследовании разума.
Его “нейронаучная исследовательская программа” стартовала в 1962-м году, простимулировав ученых всего мира на совместные исследования.
Тем более, что радиоизотопные методы обеспечили доступ к живому человеческому мозгу.

  Эти методы обещали глубокое погружение не только в анатомию и головного мозга, но и в его функционирование. Все надеялись очень скоро получить революционные сведения по биологии познания, эмоций и поведения. Вдруг стал популярным поиск нейронных коррелятов любовной тоски, следов многолетних медитаций или психопатической структуры личности.
Даже преступления, совершенные из жадности, мести или ревности пытаются трактовать как симптом заболевания мозга. То есть, они становятся не вопросом морали, а чистой медицины.
Отныне все - включая искусство, вдохновение и творчество - можно проверить и зафиксировать магнитно-резонансным томографом.

Утверждается, что с помощью “прогрессивных методов” в мозге человека найдены доказательства отсутствия свободы воли, открыты биологические маркеры криминального поведения и обнаружены нейромолекулярные причины страха.
“Научные” расчеты утверждают, что любовь - это активация передней части поясной извилины и срединной части островковой доли коры, а также путамена и хвостатого ядра. 
 Ненависть же выглядит так: активируются средняя лобная извилина, премоторная зона, островковая доля и прецентральная извилина правого полушария.

Перед теми или иными выборами сми писали, что “у консерваторов правая мозжечковая миндалина имеет выражено больший объем”, “у социал-либералов необычно объемная передняя часть поясной извилины. А это влияет на такие эмоции, как сострадание и способность к сопереживанию”.

Как и у всякого религиозного учения, появились пророки. Основатель Neurotechnology Industry Organization Зак Линч, абсолютно уверен, что нейрореволюция не только неизбежна, но уже запущена, и она “не менее радикальна, чем превращение гусеницы в бабочку”.
У него очень много последователей, которые провозглашают:

“Наибольших изменений, ожидаемых в XXI веке, можно достичь путем развития понимания работы мозга. Будущие события перенесут нас в мир, где мы будем употреблять препараты, помогающие нам учиться, быстрее думать, более эффективно спать или даже регулировать настроение. Это будет иметь последствия для каждого отдельного человека и приведет к фундаментальным изменениям в нашем поведении и обществе”.

Стартовал грандиозный проект с миллиардным финансированием - Human Connectome. То есть, “расшифровка” и зарисовка полной карты нейронных соединений в мозге.
Как обещается, он приведет к важным результатам в понимании того, что делает людей уникальными и создаст предпосылки лечения проблемных “сетей” при многих неврологических и психических расстройствах.
Утверждается, что за десять лет суперкомпьютеры смогут полностью воссоздать мозг человека средствами моделирования.

Но тут возник конфуз. На одной из конференций по Human Brain Mapping группа молодых психологов представила результаты МРТ мозга лосося с несколькими участками повышенной активности. Эксперимент подавался как доказательство восприятия мозгом социального взаимодействия.
Правда, лосось был неживой, поэтому эксперимент получил название “лосось сомнений”.

Но несмотря на то, что соотнести возбуждение конкретного участка мозга с той или иной эмоцией (или мыслью) оказалось невозможно, остановиться уже никто не хотел.

Ведь “мозговая теория” кажется чрезвычайно заманчивой. Она “практична” при “научных обсуждениях” и пригодна для экспериментов.
Сколько голов обезьян, кроликов, мышей и собак было расколото ради доказательств того, что “поведение живых организмов регулируется закономерностями активности нервных клеток в мозге”.

Кроме того, “научный” подход, который основан на чисто механистических предположениях привлекает почти бесконечные суммы денег.
Конечно, под лозунгом того, что нейронауки приведут нас в лучший мир. Ведь томограммы мозга символизируют науку, прогресс, цифровую визуализацию, техническую силу - все сразу.

Но даже чисто технически остаются нерешенными основные вопросы. Если инструмент выполняет возложенные на него функции (холодильник, плита, телевизор) то мы, в принципе, можем понять суть протекающих там процессов.
В случае же “нейроприборов” все слишком размыто, поэтому нельзя сказать, работает ли все так, как рекламируется.

Ученые утверждают, что это вообще слепое блуждание в темноте.
Им возражают, что данные, пусть и полученные бессистемно, можно использовать в статистических расчетах. До тех пор, пока не будет обнаружено что-то значимое (если данные долго пытать, то они признаются“). Ну а затем подбирается объяснение, почему активен тот или иной участок мозга.
В итоге ложноположительный результат может привести к ненужным и опасным медицинским вмешательствам.

Да и вообще - как сотни тысяч сведений, часто противоречащих друг другу, будут объединяться в единую виртуальную модель мозга?

  Ученые и философы, категорически несогласные с теорией чисто материальной основы разума, считают его поиск в мозге изначально провальным. 
Еще десятилетия назад было доказано - искать в нейронные корреляции сознания не имеет вообще никакого смысла.
Потому что их просто там нет.

- “Я сам в течение в течение десяти лет входил в рабочую группу нейропсихофармакологии и нейровизуализации Цюрихского университета, - пишет Феликс Хаслер, - И хотя исследования были детищем “бума мозга”, всем в этом учреждении стало очевидно: сознание - это нечто большее, чем просто каскад биохимических мозговых процессов”.

Ни наука, ни религия, ни философия до сих пор не знают, что такое сознание и где оно обитает. Возможно, оно вообще не привязано к телу.
Например, изучение пациентов с удаленным полушарием мозга открыло абсолютно “ненаучный факт”: у них не пропадают никакие воспоминания. Очевидно, что содержимое памяти не хранится где-то локально.
Да и кора головного мозга, согласно исследованиям неврологов, отвечает за гораздо меньшее, чем думают большинство людей.
И даже самый закоренелый приверженец “мозговой теории” понимает, что то или иное психическое состояние не может быть адекватно описано с помощью “нейронаучных” методов.
Не говоря уже о том, что не может быть оно и объяснено.

Это, кстати, доказал и проект “Геном человека”. Он сулил “прочтение книги жизни”, революционные методы лечения всех тяжелых “наследственных” болезней, обещал редактирование дефектных генов и замену их на нормальные.
Действительно, за 15 лет удалось определить три миллиарда базовых пар органических соединений человеческого генома.
Но несмотря на огромное государственное и частное финансирование и выделение миллиардных венчурных капиталов бесчисленным биотехнологическим стартапам, значение генетического кода для организма так и осталось непонятным.

К примеру, молекулярные биологи обнаружили, что регуляция наших клеток значительно сложнее, чем считалось ранее.
Поэтому разговоры о “гене этого“ и “гене того” просто напросто вводят людей в заблуждение. 

В общем, на данный момент результат пока один - “мы не знаем, как это работает”.
Но этот факт вовсе не останавливает то, как “нейрошумиха” практически влияет на жизнь множества людей.
Сформированно впечатление - “новейшие исследования” дают точную информацию о биологических процессах, лежащих в основе наших переживаний и действий.

Взять, к примеру, практику назначения антидепрессантов. За последние десятилетия, действительно, многократно возросло число людей, страдающих от депрессии. Одновременно и доходы фармкомпаний от продажи антидепрессантов также сильно возросли.
Вопрос - что в данном случае является причиной и что следствием?
Была ли разработка антидепрессантов реакцией фирм на возросшее число заболевших депрессией?
Или вначале появлялись антидепрессанты, а только затем их потребители?
Точного ответа нет. Но есть сильные обратные связи с рекламой антидепрессантов.

Сотни тысячелетий грусть и печаль были нормальными человеческими реакциями - как на внешние события, так и на оценку себя самого.
Но сегодня это рассматривается как болезнь, от которой есть спасение в виде специального препарата, связанного с работой определенных нейрорегуляторов.
То есть, когда страдает душа, следует лечить мозг.

Да и в целом, “исследование” машиной живого человека на самом деле обозначает сложный перевод его биологической сущности в цифры, которые, в свою очередь, снова преобразуются в изображения.
В конце цепи радиолог дешифрует полученные изображения, оценивает их и ставит диагноз. Хотя в нейровизуализации есть целый ряд изъянов, технических ошибок, статистических неточностей, и необоснованных предпосылок.
Правдоподобие же этого исследования заключается в убедительности самих изображений мозга. Ведь картинки (или образы) действует гораздо сильнее, чем диаграмма или текст.

Но возможно, еще более важным, чем все это, является вопрос - есть ли вообще смысл в том, чтобы искать в мозге зоны, ответственные за справедливость, мораль или совесть?

- “Догмат о том, что “болезни” разума суть болезни мозга” представляет собой пережиток материализма 1870-х годов, - считает Карл Юнг. - Он превратился в ничем не подкрепленный предрассудок. Ведь доказательств представлено не было - их попросту не найти. Как не найти подтверждений, что человек мыслит или поступает тем или иным образом лишь из-за того, что какие-то белки распались или соединились. В прежние времена само собой разумелось, что все сущее возникло по творческой воле божества - то есть, духа. Сегодня же стало очевидной истиной, что материя посредством химических процессов порождает психические состояния. Мы тешим себя мыслью, что знаем о материи куда больше, чем о “метафизической” душе. Но материя ведома ничуть не лучше. Перед нами вновь старое доброе божество - творец. Просто он принял форму универсального понятия, значение которого - как считается - знает каждый”.